Автор: Колосков о борьбе за ЧМ-2018: с Блаттерром обсуждал заявку России лишь однажды.
Почетный президент РФС Вячеслав Колосков в интервью Спортсу’‘ рассказал, как работал над тем, чтобы Россия получила право провести чемпионат мира в 2018 году.
– На то, чтобы Россия получила чемпионат мира, больше всего повлияли три человека: Путин, Мутко и вы. Насколько это верно?
– Пу-пу-пу… Ну, думаю, да. Понятно, что президент идею одобрил. Но еще он встречался с некоторыми членами исполкома.
– Но вы встречались вообще со всеми, с кем можно было встретиться. Хотя уже не руководили российским футболом.
– Вначале я не был членом заявочного комитета – меня туда пригласили. Молва идет, что после разговора Блаттера с Путиным в Кремле. Я в это время был советником в Олимпийском комитете, но ко мне обратились и предложили работу [в заявочном комитете ЧМ]. Ответил, что и так работаю, помогаю, что-то делаю. Но сказали: надо, чтобы официально, с контрактом.
Мы образовали хорошую рабочую группу: я, Сашка Чернов (бывший генеральный менеджер сборной, работал с большими проектными заявками России – Спортс’’) и Лешка Сорокин (глава оргкомитета «Россия-2018» – Спортс’’). Этой тройкой мы проехали всю Европу, где были члены-исполкома ФИФА. Ключевые позиции в Южной Америке – Аргентину, Парагвай, Бразилию. Были в Японии, Катаре. Единственное, куда я не ездил сам, – Африка. Там был только Леша [Сорокин].
У меня со всеми были хорошие отношения. Приятельские, дружеские. Где-то мы сразу получили поддержку. Где-то через время. С японцами встречался три раза, пока не убедил. Англичанин сказал, что если они вылетят, то нас поддержат (с Россией за ЧМ-2018 конкурировали Англия, Испания-Португалия и Бельгия-Нидерланды – Спортс’’). Аргентинец: что поддержат, если Испания проиграет. Парагваец, бразилец – то же самое.
А главный удар мы сделали на чемпионате мира в Йоханнесбурге в 2010-м. В доме ФИФА каждый день проходили мероприятия, концерты. И мы с Черновым и Сорокиным договорились провести русский вечер. Я пошел к Блаттеру, он дал добро. Пригласили всех членов исполкома.
Мы подготовились. Сашка [Чернов] привез огромный флаг России. Накрыли поляну: черная икра, водка, шампанское. Выступал ансамбль. До двух часов зажигали. Я сказал пару речей, Сорокин и Чернов поработали. Это многих переманило на нашу сторону.
Короче говоря, все понемножку, понемножку, понемножку. И вылилось в такую победу 2 декабря 2010 года. Как сейчас помню.
– Как вы разговаривали? Что предлагали, обещали?
– Очень просто. Приехали, например, в Брюссель. Сели, накрыли полянку, рассказали, чего и как планируем. Все по-человечески. У нас была хорошая брошюрка с программой. Вот есть русская река Волга – и вокруг нее все строится. Объясняли через культуру, историю, традиции. Через завоевания нашего футбола.
Англичане вообще ни к кому не ездили.
– А как они действовали?
– А вообще никак. Португальцы тоже молчали. Немного шевелился только испанец.
Они заранее предполагали, что раз у них футбольные государства, все и так сложится. Мы же встретились с каждым из 22 членов исполкома. С некоторыми – несколько раз. Очень скрупулезная работа. И она привела к такому результату.
– У вас был подарочный набор для членов исполкома.
– Часы и запонки.
– Какие часы?
– От управления делами президента – с гербом. Запонки тоже старались сделать в таком стиле. Они продаются в Историческом музее, там есть ларечек. Красивые, с символикой России.
– Вы еще говорили, что возили шали – женам членов исполкома.
– Да, эту слабость я знал. Купили несколько потрясающе красивых, с узором. Кажется, вологодские или костромские – не оренбургские. Особенно их любили в Африке.
– Подарки – это ваша идея?
– Да. Я хорошо знал, чья жена что любит. Не то чтобы их слабости… Но интересы.
– Кто-то скажет: выглядит как подкуп.
– Подкуп – это когда даешь что-то дорогостоящее. А у нас был определенный лимит. 50–300 евро… В таком духе, не больше.
– Часы не стоили дороже?
– Нет-нет. Обычные часы, точно не дороже.
– Вы обсуждали с Путиным тактику переговоров с членами исполкома?
– Нет. С ним только Мутко общался.
– Английские медиа – в частности, BBC – тогда писали про две главные претензии к вашим действиям. Первая звучала так: Мишелю Платини вы подарили картину – предположительно, авторства Пикассо.
– Платини от нас получил шапку-ушанку. И какую-то игру. Платини меня потом ######### [подкалывал] все время: «Слава, где картина Пикассо-то?»
Нет, конечно. У нас даже в голове такой мысли не было. И никто бы никуда не пропустил картину Пикассо. Это надо как-то под полой провозить через границу? Только подставили бы человека.
– Но были подарки такого уровня? Дорогие предметы искусства.
– Одну картину мы привезли – как раз в Брюссель. Я ее купил на набережной около Новой Третьяковки. То ли природный пейзаж, то ли городской. Знал, что Мишель Д’Хооге любит картины, потому что был у него дома. Но она стоила совсем недорого. Лимит мы никогда не нарушали.
– Вторая претензия: что лично Блаттер лоббировал российскую заявку.
– Мне об этом ничего не известно.
– Но он точно относился к России с симпатией.
– Понимаешь, Блаттер сам видел, что Англия ничего не делает. Он не встречался с политическими лидерами других претендентов: понимал, что им безразлично. И потом – мы ни разу не проводили чемпионаты мира. Англия проводила, Испания – тоже. У нас было много объективных козырей.
– Вы обсуждали с Блаттером заявку России?
– Только однажды. Опять же, объяснял, что мы хотим, в чем наши преимущества.
Стоит Блаттеру однажды сказать представителю Тринидада и Тобаго: «Поддержи Москву», – об этом тут же станет известно. Не сегодня так завтра. На таком уровне так грубо не делается.
– Мягкая сила. Расположить.
– Даже скорее убедить. Да, мы не проводили чемпионаты мира, но проводили большие юношеские турниры, финалы Лиги чемпионов и Кубка УЕФА. У нас есть традиции и история. Я объяснял, что для туристов чемпионат в России – это рай земной. Они нигде столько не видели.
– Когда Россия получила чемпионат мира, вас поблагодарили?
– Так, надо вспомнить…
– Может, связались из администрации президента. Приглашали, сказали, что ценят такую работу.
– Если бы пригласили, я бы запомнил. Премии точно не было. В заявочном комитете у меня была зарплата.
А, ну потом я получил орден. Одна из составных частей – как раз оценка работы в заявочном комитете. Только не помню, какой именно – то ли орден «За заслуги перед Отечеством» третьей степени. То ли последний орден – Александра Невского. Скорее всего, он (всего у Колоскова шесть орденов, последний он получил в 2021 году – Спортс’’).
– Путин встречался с Блаттером, с членами исполкома. Почему он так хотел чемпионат мира в России?
– Надо его спросить, мне тяжело сказать. Но вообще, президент обязан делать для своей страны все, чтобы ее прославить. Проведение чемпионата мира, безусловно, прославило нашу страну. Исполком ФИФА официально подтвердил, что за всю историю наш чемпионат был лучшим.
– Вы верите, что в России еще пройдет большой международный турнир? Или хотя бы большой финал.
– Нескоро. При моей жизни – точно нет, – сказал Колосков.
